К полуночи по тихости ветра мы поставили брамсели и в начале 4 часа увидели азиатский берег на SSW½W, а на S½О Восточный мыс, до коего считали 80 миль. К вечеру сделалось маловетрие и после совершенно стихло. Тогда мы приметили по лоту, что нас тащило к SWtS по ½ мили и менее в час; глубина 28 сажен, грунт—серый песок. В 3 ч. ночи стало прочищаться, и на SWtW открылся берег Азии, долженствовавший быть близ мыса Сердце-камень; также увидели мы Восточный мыс на SO 18°. Около нас летало много птиц, и плавали моржи, которые, как казалось, в сие время совокуплялись, и которых у азиатского берега множество, а у американского же мы вовсе не видели их. Между тем термометр спустился до 34°+, почему мы думали, что лед недалеко, да и моржи явились во множестве. Поутру при широте 66°56’50″N, долготе 190°18’52″О открылся мыс Сердце-камень, а от него вправо еще несколько берега, оканчивавшегося низменным мысом. Глубина 27 сажен, грунт—серый песок. Ветерок задул от востока при ясной погоде и чистом горизонте, и мы легли на WSW к берегу.

В полдень выдавшиеся мысы Азии видимы были явственно, и до ближайшего берега было 37 миль. Во 2-м часу пополудни, прямо по курсу нашему на WSW и несколько вправо и влево, увидели лед, почему привели на WNW, где казалось чисто, но, пролежав сим румбом 3 ч., спустились на WSW и лежали все вдоль льда, переменяя курсы по направлению оного от WSW до NtO, от полудня до 10 ч. вечера, когда начал находить туман, и лед виден был со всех сторон, для чего стали между оным лавировать к юго-востоку. От мыса Сердце-камень к северо-западу виден был небольшой островок, который мы почли за Кулючин, как по широте его видно было, но в долготу по нашей карте его видеть еще не следовало бы.

В 10 ч. мимо шлюпа пронесло большую льдину до 20 футов вышины со снегом и буграми оного. Туман иногда прочищался, и мы увидели себя со всех сторон окруженными большими и малыми льдинами, между коими находились как посреди озера. На льду лежало множество моржей. С полуночи ветер дул брамсельный от ОNО, был густой туман, и мы всю ночь ходили между льдами, поворачивая и переменяя курсы, стараясь, но тщетно, найти выход, который, если и существовал, то по причине тумана не мог быть виден.

Направление льда или близость оного мы примечали всегда по реву моржей, из которых одного, может быть годового, застрелили и отведывали его мясо, которое было довольно изрядно, только черно; многие не могли пробовать его от предубеждения. Он весил с кожей до четырех пудов, клыков и зубов еще не имел и признаков, а как на льду виденные моржи всегда были с детьми, то и должно думать, что они весной плодятся. Туман все продолжался, и ветер едва надувал паруса. Мы лавировали между льдами и искали выхода, но не находили.


<< пред     Стр. 4     след >>

0