страница 22

Оружие сего народа составляют луки со стрелами, которые хранятся в кожаных шитых колчанах и имеют на концах острые обделанные кремни, пики их также из простого дерева, и более, как кажется, из выкидного, с обделанным же кремнем на конце. В пищу употребляют они, как мы видели, моржовые, нерпичьи и китовые мясо и жир, мелкую рыбу, которую жарят просто, кидая на уголье, и птиц, жареных таким же порядком. Около каждого шалаша было не менее четырех собак. Из мехов имеют они красных лисиц, речных бобров, песцов и медвежьи шкуры. Когда мы опять обходили вокруг селения, то у каждого шалаша стояли опять по два человека с копьями. Одарив старшину разными стеклянными вещами, мы возвратились к баркасу и в 11 ч. утра, когда течение начиналось из губы, отправились к шлюпу, куда приглашалиприехатьиамериканцев, обещаяимдатьтопоров и других подарков.

В 6 ч. вечера мы прибыли благополучно на шлюп и узнали, что вчерашнего числа в наше отсутствие жестоким западным ветром дрейфовало его почти на три мили к юго-востоку. Поутру посылали баркас с матросами на остров Шамиссо для рубки дров из выкидного леса, которого и привезли к нам до 10 сажен, с таким же числом дюжин голиков, нарезанных из тальника и ольховника. Деревья сии, растущие на означенном острове, хотя и не в большом количестве, служат доказательством, что климат на оном не весьма суров. За несколько дней перед сим мы видели на берегу в большом количестве снег, а теперь уже пошли деревья в цвету и великое множество морошки, но еще несозрелой. На сем пространстве берега растет трава багульник, которую жители мешают с табаком, чтобы скорей опьянеть. Здешние американцы — страшные охотники до курительного табака. Набив им трубку, сделанную из дерева, и смешав его с багульником, а когда такового нет, то удовольствуются одной последней травой, при курении втягивают они весь дым в себя и удерживают его в продолжении по крайней мере пяти минут, до тех пор пока сделаются пьяны и совершенно лишаются чувства. В сем положении начинается у них рвота и происходит более четверти часа, пока они опять придут в чувство. Когда они после сего встают, то, судя по лицу их, можно подумать, что они пришли с большого пьянства. Это мы не раз видели у американцев, бывших в селении в губе Эштольц.

14-го поутру при хорошей погоде капитан, я и штурман брали в другой раз высоту солнца для поверки хронометров, коих ход несколько переменился по выходе из Уналашки, а вечером шлюп наш перешел ближе к острову Шамиссо по юго-восточную его сторону и лег на 8¼ сажен глубины на иловатом грунте; барометр показывал 29 дм, а термометр 10½°. Капитан наш намеревался отправиться на другой день на баркасе для подробного осмотра губы Спафарьева, не описанной Коцебу. Если же бы после сего «Открытие» все еще не пришел, то располагал он с своим шлюпом итти к губе Доброй Надежды. Там хотел он остановиться на таком расстоянии от берега, чтобы мог видеть прибытие начальника экспедиции и отправить баркас для точнейшего исследования небольшого пролива, который, по мнению его, мог соединяться с заливом Шишмарева.

На другой день по приезде нашем с берега, мы осматривали кругом остров Шамиссо и нашли признаки бывших на нем на кочевье диких. Шалаши их как были оставлены, так и оставались, только шкуры, покрывавшие их, были сняты. Во многих местах еще тлелся огонь, валялась раскиданная мелкая рыба и проч. В этот же день мы были с двумя алеутами на охоте как на острову, так и на байдарах около берега и убили до сотни Топорков, айр и урилов, которые и были привезены на шлюп. Некоторые употреблялись к нам на стол, а другие были отданы команде.


<< пред     Стр. 22     след >>           Оглавление

0