Пусть знает он, что люди, видящие перед собой одни необозримые пространства воды и неба, отделенные многими тысячами верст от любезного Отечества и только одной доской от бездны, в сем скучном существовании умеют находить удовольствия. Удовольствия сии тем для них драгоценнее, что встречаются не столько часто, как на сухом пути, посреди всегдашнего шума, и оные вовсе неизвестны тому, кто не был мореходцем. По окончании тостов шлюп осветился внутри фонарями. начались танцы, песни, разные игры, переодеванья, и между служителями нашлись весьма изрядно плясавшие по-русски. Многие из них были люди неповоротливые; но теперь, когда веселость была общей, они казались переродившимися и наравне с прочими забавляли зрителей.

Ночь была самая торжественная, все веселились и в 4 ч. насилу улеглись спать. В 5 ч. телеграфом с нашего шлюпа поздравили «Открытие» с переходом в южное полушарие, подняли флаг и салютовали 13 выстрелами, на что он отвечал тем же числом, а телеграфом благодарил за поздравление и нас поздравлял взаимно, в это время уже все офицеры и команда были на шканцах. Матрос Ипатьев, родом из камчадалов, еще прежде переходивший экватор на бриге «Рюрике», нарядился Нептуном и, не показываясь из-за гальюна, сел на вадер-штаги. Когда мы все собрались, то он вдруг и, казалось, как бы из воды спросил нас: «Какое судно?» По приказанию капитана вахтенный лейтенант отвечал серьезно: Русское. «Куда идет?». Для открытия и кругом света. «Кто командир?» Капитан-лейтенант Шишмарев. На последнее Ипатьев отвечал, что его знает и помнит недавно плававшим в своих морях*. Потом вылез он через гальюн и сел с матросом, переодетым в Меркурия, на колесницу, сделанную из распиленной бочки, поставленной на пушечном станке. Экипаж сей везли три нагие, раскрашенные тритона. Приехав с бака на шканцы, Ипатьев сошел и сказал людям речь, нарочно для сего случая заблаговременно написанную. В оной, поздравляя их с прибытием в Южное полушарие, он требовал от них всегдашней твердости духа к перенесению столь трудного путешествия, согласия между собой и усердия к пользе службы. Далее говорил он им об исполнении своих обязанностей и повиновении начальству, об опрятности для сохранения, собственно, их же здоровья и наконец, советовал всегда быть веселыми и расторопными. Взамен сего он обещал с успехом водить наш шлюп, споспешествовать всем нашим предприятиям и доставить всех благополучно в отечество. По окончании речи Ипатьев просил капитана велеть команде переодеться в чистое белье, в знак будущей ее опрятности, и дать каждому служителю по чарке рому, что все тогда же было исполнено. После сего люди кричали ура, спели в честь Нептуна песню и начали свое празднество. Команда веселилась, забыв все прежние и все предстоящие труды, даже до того, что мне не хотелось, смотря на их удовольствие уехать со своего шлюпа на «Открытие», куда нас телеграфом приглашали обедать. Между тем чиновники устраивали у нас раскрашенный театр.


*Выше уже сказано, что Шишмарев ходил вокруг света на бриге «Рюрик».


<< пред     стр. 6     след >>

0