Время больших перемен

 

                                                                  «И лжет душа, что ей не нужно,

                                                                         Всего, чего глубоко жаль.»

 

                                                                             (Афанасий Афанасьевич Фет)

 

Начало девяностых годов ознаменовало начало новой эры в политической переориентации многих стран мира и что самое главное — в нашей стране, за первую перестроечную пятилетку не столько изменялось к лучшему благосостояние граждан страны, сколько происходила переоценка ценностей, которыми люди жили в течении предшествующих десятилетий, то что ещё вчера вечером считалось враждебным, сегодня с утра объявлялось дружественным, вчерашние враги народа становились национальными героями, а борцы за счастливую жизнь трудового народа, многие из которых поплатились за это своей жизнью, по чьему то злому умыслу обращались в его гонителей и притеснителей и публично порицались.

Разумеется, как нет худа без добра, так и благодаря задувшему, в широко раскинутые гражданами паруса-души, такому желанному и долгожданному ветру перемен, граждане получили возможность читать без опаски произведения опальных диссидентов и через несколько лет в страну вернулись наконец, несправедливо изгнанные и охаянные, Александр Исаевич Солженицын и Владимир Николаевич Войнович. Их книги, хочется верить, уже навсегда обосновались на полках книжных магазинов, публичных и частных библиотек, а роман «Красное колесо» Александра Исаевича стал хрестоматийным для всех желающих узнать русскую историю Первой мировой войны, начиная от трагического и горько-постыдного разгрома армии генерала Самсонова в ухоженных лесах Восточной Пруссии, до скрупулёзного, местами поминутного, исследования событий февральской революции и первых месяцев жизни, уже не монархической России. В литературных журналах уже печатали «Архипелаг ГУЛАГ» А.И. Солженицына и «Колымские рассказы» Варлама Шаламова.

Позднее, благодаря усилиям некоторых наших активных и неравнодушных к истории Русского мира граждан, из чужой негостеприимной земли в родимую русскую землю в древнем Донском монастыре был перезахоронен прах великих русских писателей, Ивана Александровича Ильина и Ивана Сергеевича Шмелева, а их литературное и духовное наследие стало доступно именно тем, к кому они его, главным образом, и адресовали – к русским людям, живущим в матушке России, и уже каждый желающий, не таясь, смог пропустить через своё сердце и православную душу, умилительнейшие и трогательнейшие образы «Богомолья» и «Лета Господня» — потрясающих произведений самого русского из русских писателей, и содрогнуться от леденящих кровь и заставляющих шевелиться на голове волосы, пропитанных нечеловеческим страданием и горем страниц « Солнца мертвых».

И пусть уже никого не смущает, именно кажущееся противоречие, но в сердце каждого русского человека есть место и пламенному революционеру Павке Корчагину, и монархисту, генерал-майору Александру Дмитриевичу Нечволодову, и сравнительно либеральному адмиралу Александру Васильевичу Колчаку. И революционеры, и монархисты, и либералы могут почить с миром, ибо никто из них так и не одержал победы над умами русского народа, и, к сожалению, в наше неспокойное время, как и сто лет назад, нет покоя на обширных российских просторах.

Потоки пролитой русской крови и страдания десятков миллионов оставшихся в живых, хочется верить, навсегда примирили ныне живущих, ибо мертвым по большому счету, все равно.

Но русские читатели того периода не только вновь приобретали великих русских писателей из эмиграции, но и теряли живущих рядом, так 16 июля 1990 года безвременно ушел из жизни незаменимый Валентин Саввич Пикуль, открывший советским читателям новый взгляд на русскую историю, а всем любителям моря бесшабашную удаль романтики стремительных в клочьях морской пены эсминцев и крейсеров.

Вырвавшиеся не весть от куда младые реформаторы без разбора рушили все казавшееся им чуждым, в том числе переименовывали главные города страны, и вот уже исчезает Город герой Ленинград и вместо него появляется город с чуждым русскому уху и труднопроизносимым названием, а на Урале научный и индустриальный гигант Свердловск называют именем курляндской блудницы Марты Скавронской – будущей Екатерины I, разумеется она не набивалась в жены к Петру I, напротив это он затащил её к себе в походную кровать. Можно было и не спешить с переименованием городов, уж всяко, в то противоречивое время имелись дела значительно важнее.

28 мая 1987 года самолет восемнадцатилетнего Матиаса Руста, нарушил воздушное пространство нашей страны и после полет над её территорией совершил посадку в Москве на Васильевском спуске. Его пожалели и не сбили, хотя могли, как сбили пару южнокорейских Боингов, один в 1978 г в Карелии, а второй в 1983 г над Сахалином, но зато политическое руководство уже разваливающейся системы не пощадило заслуженных военачальников и расправилось с ними как с врагами, своих постов лишились участники Великой отечественной войны, Министр обороны СССР, Герой Советского Союза, маршал Сергей Леонидович Соколов и командующий ПВО, Главный маршал авиации СССР, дважды Герой Советского Союза Александр Иванович Колдунов, кроме них были незаслуженно привлечены к ответственности более трех десятков офицеров и генералов. Большей подлости, лживые политики, по отношению к своим военным совершить уже не могли.

В 1989 году, за долгие годы «холодной войны» и вполне себе «горячего соприкосновения» на море боевых и вовлеченных гражданских судов обеих держав, в Балтийское море вошла эскадра американских военных кораблей, и с мостиков своих сухогрузов, в окуляры биноклей, мы впервые рассматривали штатовские крейсера УРО с мирным любопытством, и уже не старались рассматривать бортовые номера кораблей для отправки их шифровкой в особый отдел пароходства. А ведь ещё за год до этого, в 1988 году, в Черном море наш СКР «Беззаветный» лихо пошел на таран штатовского крейсера «Йорктаун», выдавливая его из территориальных вод СССР.

А всего через каких-то пару тройку лет, кэгэбэшники, курирующие наши гражданские пароходы и закрывавшие нам допуск к заграничному плаванию, не поверите, но за произнесённую с каким-нибудь вестфальским акцентом вполне себе невинную фразу — «кайн проблем», уже встречали в порту привезенные на твоем судне пару подозрительных контейнеров уж явно не с ширпотребом и на твой немой вопрос, отводя стыдливо глаза отвечали, что мол вот видишь ещё вчера я служил против них, а сегодня уже служу у них. Как-то уж очень у них, подозрительно быстро, произошла смена приоритетов, и начали они служить кому ни попадя, и в первую очередь тем, кого ещё вчера беспощадно отправляли на нары за бандитизм и спекуляцию. Противно всё это и кроме гадливости ничего не вызывает, и кажется, что литературные образы народных героев, принципиальных и последовательных чекистов, и муровцев, типа легендарного Глеба Жеглова, взяты от другого народа или с другой планеты.

Для нас, моряков советского торгового флота происходящие в стране перемены сказались самым благоприятным образом, не только тем, что на судах была упразднена должность помощников капитана по политической части, а по простому помполитов, и моряки наконец то избавились от политического надзора и смогли более открыто высказываться, не опасаясь быть причисленными к врагам социалистического строя, но и тем, что были отменены пресловутые «тройки» и моряки при стоянке в иностранных портах получили возможность ходить в город по одному или с кем им захочется. Не посвященному современному читателю может показаться, подумаешь какая мелочь, но вы даже не представляете сколько было обломано словесных копий, когда автор, будучи вторым помощником капитана, впервые решил воспользоваться вновь открывшейся возможностью и выразил желание идти в город один. Судно стояло в крошечном порту, больше смахивающем на деревню, которых в маленькой Дании множество, там и смотреть то нечего, но дело было не в том, что очень хотелось что-то там такое заслуживающее внимание непременно увидеть, а было непреодолимое желание непременно глотнуть такого заветного, желанного, выстраданного десятилетиями тоскливого ожидания, воздуха свободы. Так как тройки отменили раньше, чем упразднили должность помполита, то хоть и формально, но для схода на берег было необходимо спрашивать его согласие и получить от него на руки паспорт моряка. Несмотря на обрушившийся вал словесных убеждений не ходить в город в одиночестве, переубедить меня он не смог и выход в деревню состоялся, а чистый воздух свободы наконец-то наполнил мои лёгкие до краёв.

В стране стремительно происходили грандиозные перемены. Пик демократических свобод и оптимистических ожиданий пришелся на период с 1989 г до 1993 г, когда в прямом эфире телевидение и радио транслировало исторические заседания Верховного Совета СССР, на которых принимались судьбоносные для народа решения. Люди поистине вдыхали свободу полной грудью и наивно и искренне верили, что закончилось время противостояния с западной цивилизацией, наступит разрядка, а с ней значительно улучшится жизнь граждан. Но все закончилось в начале октября 1993 года, когда русская демократия была уничтожена разрывами 125 миллиметровых осколочно-фугасных снарядов, выпускаемых танками прямой наводкой по зданию Верховного Совета страны. Вместе с народным парламентом были уничтожены и надежды народа на новую жизнь.

Все менялось чертовски быстро, на смену обычному советскому б…ву, пришла проституция, а с ней и новая профессия, ставшая в огромной нищей стране источником дохода для многих её граждан.

Но нам повезло – мы были молоды! И полны творческих и жизненных сил и поэтому какое нам было дело до бытовых неудобств и разногласий политиканов-проходимцев всех мастей. Нам хотелось жить и творить, почти как по Александру Блоку:

О, я хочу безумно жить:

Всё сущее – увековечить,

Безличное – вочеловечить,

Несбывшееся – воплотить!

В те годы американские военные сделали доступной для всеобщего пользования систему спутниковой навигации (GlobalPositioningSystem– GPS), позволяющую определять местоположение на поверхности Земли с точностью до нескольких метров с интервалом времени менее одной секунды, а в Силиконовой долине молодые гении Дон Эстридж, Билл Гейтс, Стив Джобс, Пол Аллен, Стив Возняк и их коллеги уже совершили «компьютерную революцию» и весь просвещенный мир узнал об IBMPC, и не только узнал, но и получил возможность их приобретать для собственных нужд.

Компьютеры открыли для людей по всему свету новый мир – виртуальный, и в него окунулись миллиарды пользователей PC. Они не только пользовались уже установленными продуктами, но и могли создавать на компьютерах свои программы и продукты, пользуясь незатейливым, с точки зрения современного изобилия всевозможного софта, программным обеспечением.

Где-то в 1989 году, наш прогрессивный начальник пароходства дал указание и на все наши сухогрузы были приобретены персональные компьютеры. Установили их в общедоступных помещения и каждый желающий мог ими пользоваться по своему усмотрению, ну а применение им было найдено в то время в общем-то вполне ожидаемое, в основном на всех судах моряки использовали их для уже тогда имевшихся игр-стрелялок и лицезрения обнаженной натуры. Ну а что, против нормальных инстинктов безумно возражать.

Меня, в то время старшего помощника капитана, заинтересовала возможность написания программ для расчёта остойчивости грузового судна и определения массы груза по осадкам, вот я и сидел перед компом, в свободное от вахт и работ время и в MS-DOC, какая древность по сравнению с современными возможностями, воскликнет любой современный продвинутый юзер, не говоря о серьёзных программерах, создавал примитивные программки на основании простенького алгоритма формул. Проходящий мимо открытой двери капитан, частенько видел меня перед РС и вероятно обратил внимание, что на экране не привычные девчонки ню и чудовища из стрелялок, а нечто другое. Заинтересовавшись сим «чудом», он спросил, чем это чиф занимается. После объяснения, через несколько дней, он поинтересовался, а нельзя ли создать программу для систематизации и хранения корректурного материала для навигационных карт. В 1992 году у нас были привычные бумажные карты, а об электронных картах даже слуху не было, это сейчас мы знаем, что в то же время бывшие работники некогда славного, а ныне почившего в результате беспощадного разграбления, Балтийского морского пароходства, уже создали типа кооператива и «колдовали» над будущим детищем, ныне известным под названием «Транзас Марин», кстати совсем недавно проданным её владельцами финской компании Вяртсиля.

Идея мастера мне понравилась и в свободное время занялся её реализацией. В то время не было ещё привычных офисных программ от Майкрософта и первый PDFформат появится только через год, так что решение задачи было не из лёгких. Тем не менее пользуясь имевшимся уже в то время текстовым редактором «prowrite» была создана директория с отдельными файлами для каждой карты. В результате получился каталог карт, которые имелись в судовой коллекции.

Принцип использования был очень прост. Каждый заход в российский порт, в портнадзоре, третий помощник капитана получал извещения мореплавателям, которые выпускались ГУНиО МО каждую неделю и в которых содержался корректурный материал для карт и навигационных пособий. Затем по ним он корректировал судовую коллекцию карт и книг. Неудобство было в том, что в коллекции было очень много карт и книг, которыми очень редко пользовались, но которые все равно необходимо было корректировать, так как это требовалось правилами корректуры и поэтому третий помощник тратил массу времени на бессмысленную корректуру карт, которыми иногда не пользовались годами и десятилетиями. А идея нашего каталога была в том, что, получив извещение мореплавателям, третий помощник перепечатает корректуру для каждой карты в файл на компьютере и откорректирует только те карты, которые необходимы на переход. Получив следующее извещение, он проделает ту же процедуру. Таким образом он будет тратить на корректуру значительно меньше времени, а корректура для карт, которыми редко пользуются просто накапливается в файле и при необходимости распечатывается, и карта по ней корректируется. Но мы с мастером пошли дальше и уже планировали, что и само извещение на судне получать будет не обязательно, так как весь корректурный материал может быть занесен в каталог судовой коллекции карт и книг в корректорской пароходства, а затем в виде флоппи диска доставляться на судно.

Когда каталог был создан и опробован в действии с напечатанием в него корректурного материала, пробной распечатки и выполнения корректуры карт и книг, капитан сказал мне, что в следующий заход в наш базовый порт пойдем в пароходство и покажем нашу идею главному штурману пароходства.

В очередной заход пришли мы с мастером к главному штурману пароходства и показали ему нашу разработку. Он был из бывших военных штурманов Балтийского флота, причем до него тоже был главный штурман из военных моряков, но он уехал на свою родину, в одну из обретших независимость, бывших Советских республик, а жаль, очень толковый мужик был, нынешний ему в подметки не годился, что и доказал нам ну очень быстро.

Наши ожидания об одобрении в дребезги разбились о косность мышления недалекого человека, который даже слышать ничего не хотел, ни о применении в том виде как есть, ни после каких-нибудь доработок. Он не желал и все, как сейчас модно говорить, от слова совсем. Главными его аргументами в полной неприемлемости к применению нашего кустарного «творения» были два совсем не связанные между собой утверждения. Первое, что наша, назовем её условно программа, не может сама автоматически корректировать карты, и второе, что если внедрить наше «творение», то некоторые нерадивые штурмана не будут корректировать карты, а значит им нечем будет заняться. На первое, я ему заметил, что наше «творение» и не предназначено для этого, так как это в принципе невозможно (и в наше время, спустя 26 лет, на всех судах бумажные навигационные карты, штурмана всех национальностей и цветов кожи, корректируют вручную!). На второе ему ответил, что вы лучше избавляйтесь от таких нерадивых штурманов, но зачем же идею гробить. Главный штурман пароходства выставил нас за дверь и не стал больше разговаривать.

Вполне возможно, что во время больших перемен, деградация интенсивно разрушала не только политическую элиту, но и наш военно-морской флот и поэтому он уже не мог оказать морякам торгового флота никакой поддержки и дать чего то стоящего, что давал на протяжении всего своего существования со времен его основания Великим Петром, а иначе чем объяснить безропотное уничижительное молчание флотских адмиралов, когда в 90-е годы по приходи выскочек-политиканов, в угоду вчерашним противникам, уничтожалась наиболее боеспособная часть некогда могучего Советского ВМФ? А может не противникам? Нет, к сожалению, противникам, которые таковыми оставались все 90-е, последующие двухтысячные и никуда не делись в наши дни. Ну а как иначе их называть, если за время, с начала девяностых, когда Россия уничтожала свои самые мощные и боеспособные корабли, только Штаты построили: атомных подводных лодок различных типов – 44 единицы; авианосцев – 6 единиц; ракетных крейсеров типа «Тикондерога» — 11 единиц; эсминцев типа «Арли Бёрк» — 66 единиц и строится около 10 единиц. Эта армада предназначена только против одного противника на Земле, других у США просто нет, остальных они, если надо, прихлопнут как комаров, причем значительно меньшими силами, стали бы они на них деньги тратить, ха, ха, ха.

Так что флотские приемники, за очень короткий срок, уничтожили все то, что под руководством и неустанной энергией Адмирала флота Советского Союза Сергея Георгиевича Горшкова, создавалось два с половиной десятилетия. Таким образом, основания предполагать деградацию военного флота все-таки имеют место быть.

К этой теме мы с мастером больше не возвращались, тем более, что вскоре, вернулся на судно из отпуска, его постоянный старпом, а я перешел на другое судно, и чуть больше чем через год уволился из пароходства и став капитаном стал ходить в море в частных судоходных компаниях, сначала в российской, а с 1995 г  в иностранных.

Несколько лет назад, с появлением спутникового интернета и установкой на торговых судах соответствующей аппаратуры, для корректуры бумажных карт стали использовать один в один алгоритм, предложенный нами в начале девяностых. Только в наше время корректурный материал передается в формате PDF и используется более продвинутый софт.

Нет меня совсем не распирает от злости, что мы гипотетически потеряли какие-то деньги или, тем более, от чванства, что мы были первыми, но об этом никто и никогда не узнает. Мне банально обидно за наше несчастное Отечество, в котором любой тупой держиморда может запросто похоронить любое новшество, причем, что тогда, что в наше время. Наоборот, меня здорово воодушевляет на дальнейшие свершения и придает массу сил и энергии, чувство, что пусть и через двадцать лет, но наша правота была подтверждена другими, значит наши головы работали правильно и в нужном направлении.

Немногие, дочитавшие до конца читатели, возможно скажут: «компот какой-то получился». Для одних компот, для других — время больших перемен, для третьих — время большой мутной воды, в которой бакланы любят вылавливать золотых рыбок. Так что, на любителя.


Автор капитан В.Н. Филимонов

3+