Когда очевидное кажется невероятным

 

Людям, живущим к югу от Северного полярного круга, неведомо, как это можно жить и не видеть Солнце в течении нескольких недель или даже пары месяцев. И дело тут разумеется не в облачности, а в закономерности движения Солнца по эклиптики, если рассматривать движение всех небесных светил с точки зрения мореходной астрономии, а именно в непрерывном изменении склонения Солнца. Если небо чистое, то жители средней полосы каждый день видят Солнце, а живущие в Заполярье, даже при чистом небе видят только луну, звёзды, да всполохи северного сияния. Людей, привыкших к смене дня и ночи, в первые несколько дней это даже забавляет, но затем начинает тяготить. Тут и сила привычки, и отсутствие витамина Д очевидно сказывается. И с каждым днём человече всё сильнее и сильнее желает увидеть Солнце.

Как то, уже в конце осени, прибыло наше судно в Мурманск. Через несколько дней наступила в Заполярье полярная ночь. Мы сделали пару рейсов в западном секторе Арктики на Сабетту и Дудинку. Зима: морозы, льды, снегопады и метели, темноту полярной ночи освещали лишь всполохи северного сияния, луна и звёзды, и то если небо было чистым от облаков и туч. Новый год мы встретили во льдах Карского моря, а в середине января, приняв груз, вышли из Мурманска на Канаду. Часть груза, алюминий в слитках, должны были взять в Исландии, в Хвальфиорде, недалеко от Рейкьявика. Хвальфиорд известное местечко. Во время Второй мировой войны там собирались корабли союзников и оттуда союзные конвои шли в наши Мурманск и Архангельск. Летом в Исландии еще терпимо, можно даже сказать интересно, но зимой, брр, холодно, темно и уныло. На входе в Хвальфиорд находится один из алюминиевых заводов, где мы и должны были догружаться.

Обогнули Нордкап, вышли в Норвежское море и легли на запад-юго-запад, чтобы обогнуть Исландию с севера. Хвальфиорд расположен на юго-западе Исландии. По ДБК — дуге большого круга, да с попутным норд-остом, этот путь по короче будет. Дни стояли пасмурные, черные снеговые тучи затянули небо. Ветер и метель продолжались несколько дней.   Устали моряки без Солнца и с нетерпением ждали дня, когда небо разъяснится и они увидят долгожданное светило.  Вот уже и к северному берегу Исландии подошли, а Солнышка так и не увидели за всё время перехода.

У каждого шторма и у каждой непогоди есть очень хорошее свойство, это то, что рано или поздно они проходят и устанавливается хорошая погода. Вот и мы, подойдя к северному берегу Исландии встретили наконец хорошую погоду. Уже с ночи небо начало очищаться от туч и в просветах туч замерцали звёзды. День ожидался ясный, но как часто бывает в этих краях, всего один, а со следующей ночи ожидалось усиление норд-оста до 10 баллов, и Датский пролив будем проходить с попутным штормом.

С утра команда предвкушала встречу с Солнцем, первым Солнцем в наступившем году. Для кого-то это может показаться диковинным, однако, когда не видишь Солнца и света белого, то есть дневного света, в течение почти двух месяцев, то невольно ждёшь первых солнечных лучей, аки бедные евреи ждали манны небесной, блуждая в синайской пустыне.

На баке боцман и матросы собрались на утренний перекур. Судно следовало на вест вдоль северного берега Исландии. Слева высились громадами горы, припорошенные снегом, однако местами снег уже сдуло ветром и поэтому на белоснежной поверхности проступали неровными полосами черные скалы. Полосы в основном были горизонтальными и от этого поверхность некоторых гор напоминала собой поверхность тельняшки, старый боцман и называл их «тельниками». Разговор снова зашел о Солнце, и боцман шутливо спросил у двух практикантов:

— Ну что морячки, соскучились по Солнышку то? Ну да ничего, сегодня увидите светило.

Практиканты были из разных мореходок, один увалень такой был из столичной академии, а другой щуплый такой из речного училища. Вот этот щуплый и отвечает боцману:

— Никита Данилович, а ведь мы Солнышко то сегодня и не увидим.

— Как так не увидим? «Кудыж оно подевается то?» —несколько удивлённо спросил боцман и продолжил:

— Что-то ты путаешь милок, наверное, тебя совсем укачало, ну да ничего, сегодня погодка получше, а с ночи уже с попутным полуношником в Датском проливе пойдем, а там и Хвальфиорд недалече, оклимаешьси.

— Да не укачался я – ответил Викентий, так звали щуплого практиканта.

Но моряки такой народ, что только дай им повод и начнут над другим куражиться, так что матросы с удовольствием начали подшучивать, да посмеиваться над Викентием, и выражения типа «салага желторотый» были самыми невинными среди прочих. Особенно старался увалень из академии. Викентий был хоть и щуплый внешне, но не робкого десятка внутри, он не стал им ничего объяснять, а пошел делом заниматься, сегодня ему предстояло делать приборку в рулевой рубке.

Взяв необходимый шанцевый инструмент, так моряки в шутку называют инвентарь для уборки палубы: ведро, швабру, веник, совок и ветошь, он поднялся в рулевую рубку и начал делать приборку. Через некоторое время в рубку пришел капитан. Викентий закончил приборку и спросил разрешения у капитана поработать с картой и с Морским Астрономическим Ежегодником (МАЕ). Капитана заинтересовало, что там собрался высчитывать практикант, он сразу приметил, что Викентий в отличие от другого практиканта интересуется работой штурманов и не стесняется задавать вопросы, если что-то ему не понятно.

Викентий поработал минут двадцать и довольный поставил на полку МАЕ, положил на место штурманский измеритель и карандаш. Когда он вышел из штурманской рубки капитан спросил:

— Викентий, меня заинтересовало, а что вы высчитывали, если не секрет?

— Да какой там секрет, Анатолий Михайлович, ответил он.

— Просто у меня возникли сомнения, что сегодня мы не увидим Солнца, потому что горы слишком высокие, а Солнышко ещё не так высоко поднимается даже в местный полдень, горы и закроют его. Правда это я на вскидку, в первом приближении, прикинул, поэтому мне карта и МАЕ потребовались, чтобы уже во втором приближении посчитать. Я не ошибся и получается, что Солнышко из-за гор мы не увидим. Пожалуйста, посмотрите мои вычисления.

Капитан взял листок с вычислениями, водрузил очки и пробежал взглядом вычисления с парой рисунков. Подняв глаза на Викентия сказал:

— Да ты молодчага! Тут даже не каждый матёрый штурман сообразит в чем закавыка, а ты сразу приметил, молодец.

— У нас преподаватель мореходной астрономии в речном училище очень хороший, он требовательный и спуску никому не даёт, может и десять двоек подряд влепить. Он у самого Владимира Александровича Басаргина, преподавателя мореходной астрономии, в свое время обучался. А Владимир Александрович Басаргин был очень, как сейчас говорят, крутой преподаватель, грамотный и справедливый, он большим авторитетом у курсантов пользовался, они его очень уважали. Знания он давал капитальные.

— А что ты с этими вычислениями намерен делать? – спросил капитан.

— Да в общем то ничего, это я себя проверил.

— А я подумал, что ты решил «дракона» с матросами носом ткнуть. – заулыбался капитан.

— Оно ведь и верно, проучить насмешников дело хорошее. Хотя с точки зрения субординации и уважения к старшим, оно может и не совсем способствует укреплению их авторитета, но с точки зрения торжества штурманской науки над тьмой невежества, оно того стоит и авторитет боцмана не сильно пострадает. Давай на полднике ты и просветишь их, рисунки свои и вычисления объяснишь. Молодец ты Викентий, здоровое служебное рвение в тебе вижу и знания штурманской науки у тебя уже изрядные имеются. Можешь идти, спасибо за приборку.

Викентий забрал шанцевый инструмент и ушел из рулевой рубки.

Судно шел вдоль берега, Солнышка так и не поднималось над скалами, хотя уже и рассвело и облака над скалами окрасились в розово-красные тона. До обеда Солнца так никто и не увидел. «Ничего, апосля обеда насмотримся ешшо» — весело говорили матросы. Однако и после адмиральского часа и ещё через час, Солнце так и не взошло над скалами и горами, а после пятнадцати часов и дневной свет стал меркнуть.

На полднике боцман обратился к Викентию:

— Ну давай, просвящай нас тёмных, понятно теперича, шо ты прав был Викентий.

Викентий достал свои расчеты и приступил к объяснению:

— Всё дело в том, что Солнце хоть и взошло над горизонтом, однако его высота, меньше чем высота гор, а так как мы идем относительно близко к берегу, то видим вершины гор под углом превышающем даже полуденную высоту Солнца.

— А как же ты сразу это определил? — Спросил кто-то из матросов.

— Ну это как-то само в мозгу выстрелило, мы ведь это изучали в училище на мореходной астрономии, ответил Викентий.

— Ну да у Серёги, вон ничего что-то не выстрелило, хотя он и в академии учится. Алё Серёга, шо притих, поди астрономию прогуливал чертяка? – шутили моряки.

Викентий продолжил:

— Собственно, в данном случае нам необходимо решить две задачи, одну из навигации, а другую из астрономии. Первой решим задачу из мореходной астрономии.

Для начала выясним восходит ли Солнце в нашей широте. Широту мы знаем, она равна 66° 15′ C. Светило восходит над горизонтом, если его склонение меньше разности — девяносто градусов минус широта:

формула

 Находим разность:

90° — 66° 15′ = 23° 45′ = 23,7°

Затем вычисляем величину склонения Солнца. Это мы можем сделать в первом приближении без Морского Астрономического Ежегодника. Нам известно, что в течении месяца после дня зимнего солнцестояния суточное изменение склонения Солнца приблизительно равняется 0,1°. Разумеется, в течении недели после дня зимнего солнцестояния склонение меняется незначительно, а через 26 дней значительно больше, но для приближенных расчетов принято брать среднее значение, равное 0,1°.

Сегодня у нас 20 января, значит с 22 декабря прошло 29 дней. Находим изменение склонения Солнца за 29 дней, для этого 29 умножаем на 0,1° и получаем изменение склонения 2,9°:

формулаЗатем находим склонение Солнца сегодня. 22 декабря склонение было 23, 5° S, а затем начало уменьшаться. Суммарное уменьшение за 29 дней мы нашли и его необходимо вычесть из 23, 5°:

 формула

Сравниваем его с разностью, чтобы выяснить взойдёт сегодня Солнце над горизонтом или нет:

формулы

Так как склонение Солнца меньше разности, значит оно взойдет над горизонтом. Зная нашу широту, мы можем найти полуденную или, как её еще называют, меридиональную высоту Солнца. В полдень на меридиане наблюдателя в момент верхней кульминации Солнце имеет максимальную высоту, вот её то мы и вычислим, для этого воспользуемся формулой – широта равняется зенитное расстояние плюс или минус склонение светила. формула

Знак «-» если широта и склонение разноимённые, а они у нас сегодня именно такие: широта судна северная, а склонение Солнца – южное.

Зенитное расстояние — это дополнение истинной высоты Солнца до девяноста градусов:

 формула

Заменим в формуле зенитное расстояние этим выражением и преобразуем формулу для вычисления высоты Солнца:

 формулы

Подставим в формулу значение широты и склонения и получим меридиональную высоту Солнца:

формулаВысота Солнца получилась 3,1°. Так мы решили задачу мореходной астрономии. Задачка из навигации значительно короче.

Нам необходимо найти высоту гор в градусном выражении или угол, под которым мы видим вершину самой высокой горы. Для этого воспользуемся свойством прямоугольного треугольника для острого угла: тангенс угла равен отношению противолежащей стороны к прилежащей. Высота горы в метрах – это противолежащая сторона, а расстояние от судна или линии курса до вершины – это прилежащая сторона. Высота горы и расстояние до неё снимаем с карты. Подставляем метры в формулу, делим и находим тангенс, переводим его в градусы и сравниваем с вычисленной высотой Солнца. Высота гор 1050 метров. Расстояние от судна до вершины горы с карты по прямой равняется 3700 метров.

вычисления

рисунок

Сравниваем и получаем:

Высота Солнца 3,1°, высота гор 15,8°. Очевидно, что высота гор намного выше и Солнышка сегодня мы поэтому и не увидели, закончил свои объяснения Викентий.

рисунок

 

Боцман встал и пожал Викентию руку:

— Держи краба, молодец Викентий. Знания сила, что уж тут возразишь. Уважаю.

— Надо же как всё просто, а мы то темнота, ешшо смеялись над тобой – говорили другие моряки.

Вскоре судно обогнуло северо-западную оконечность Исландии и пошло на юг. Ночью в Датском проливе задул норд-ост, к утру скорость ветра уже достигала 25 – 27 метров в секунду. На попутной волне судно испытывало плавную, затяжную бортовую качку. Капитан сидел в кресле и смотрел на волны, которые быстро исчезали в плотной завесе метели. Подходили с кормы, обгоняли судно и исчезали впереди в круговерти метели. Сколько их было у него за долгую моряцкую жизнь, этих штормов и ураганов, и не перечесть. А сколько еще будет? Это хорошо, что есть шторма на море, подумал капитан. Сквозь дрему, под вой метели, скрипы и подрагивания судна, в мозгу звучали слова, когда-то давно слышанные им от одного штурмана и сейчас вдруг пришедшие на ум:

Нас ласкают не нежные рученьки,

Нас швыряет жестокий норд-ост,

И сплетаются судьбы и душеньки,

В рёве ветра, метели и грёз…

 


Автор капитан В. Н. Филимонов

0