По указу Великого Петра

 

 

Сначала царствования Петра I и до наших дней история России и мира известна достаточно хорошо и большинство событий подтверждается подлинными документами, а не позднейшими фальсификатами. Разумеется, многие подлинники документов отсутствуют, зато имеются в наличии документы дезинформирующего характера. Однако даже подлинные документы иногда не могут помочь в установлении истины, так как из их содержания невозможно понять, что конкретно автор имел в виду.

Интересующие нас документы о Первой Камчатской экспедиции хорошо известны. Итак, 23 декабря (по старому стилю) 1724 года последовал императорский указ о назначении экспедиции на Камчатку, а уже через две недели Пётр I собственноручно пишет инструкцию назначенному начальником экспедиции датскому наёмнику Витусу Берингу. Инструкция состояла из трёх пунктов:

«1) Надлежит на Камчатке или в другом там месте сделать один или два бота с палубами.

2) На оных ботах возле земли, которая идет на Норд и по чаянию (понеже оной конца не знают) кажется, что та земля часть Америки.

3) И для того искать, где оная сошлась с Америкой: и чтоб доехать до какого города Европейских владений, или ежели увидят какой корабль Европейской, проведать от него, как оной кюст называют и взять на писме и самим побывать на берегу и взять подлинную ведомость и поставя на карту приезжать сюды».

Значения слов: по чаянию – по ожиданию, в надежде; понеже – поскольку, так как, потому что; оной – той; кюст – берег; взять на письме – записать; поставя на карту – нанести на карту; приезжать сюды – вернуться в Петербург.

С точки зрения современного человека и современных знаний, инструкция выглядит несколько странно, а ведь её собственноручно начертал наш великий реформатор и один из образованнейших и сведущих в географии людей тогдашней России – Пётр I. Можно без всякого сомнения утверждать, что он самолично изучил все имеющиеся в его империи географические карты, как отечественные, так и привезённые из Европы и изучил все имеющиеся на тот момент знания о географическом районе, в который он отправлял экспедицию. Что же вызывает удивление и почему возникают сомнения?

В первом пункте как будто всё ясно, кроме того, что Пётр имел в виду под «…в другом там месте…», можно подумать в 1725-1727 годах там был выбор, да там и в наше то время негде корабли строить!  Возможно, он имел в виду Охотск, единственный порт на тихоокеанском побережье тогдашней Российской империи. Тем более, что наши первенцы умницы-герои геодезисты Лужин и Евреинов в 1720 году уже совершили плавание из Охотска к Камчатке и северным Курилам, по его же приказу.  Всё равно странно.

Второй пункт может показаться ещё более туманным, и он даже вызвал появление теории, что Пётр I имел в виду берег Северной Америки, так как на карте того времени он якобы указан настолько близко к Камчатке, что может действительно ввести в заблуждение. Однако, думается, что речь идёт о Камчатке и далее о берегах северо-востока Сибири, потому что формулировка уж очень созвучна с его же инструкцией уже упомянутым геодезистам:

«Ехать вам до Тобольска, а от Тобольска взять провожатых, ехать до Камчатки и далее куды вам указано. И описать тамошние места, где сошлася ли Америка с Азией, надлежит зело тщательно сделать, не только зюйд и норд, но и ост, и вест, и все на карте исправно поставить».

Так что ни о каком побережье Северной Америки речь идти не может, дай Бог сначала свои берега изучить и достоверно на карту положить, да и как видим вопрос о соединении Азии с Америкой был ещё не решен.

Третий пункт ясен, Пётр указывает: идти и выяснить сходится ли Азия с Северной Америкой; следовать далее до мест, где могут быть колониальные владения европейских государств, и соответственно выведывать чьи они и положить их точно на карту. А нужно ему это было, чтобы разграничить сферы влияния Российской империи и европейских государств, ну да чтобы один стервятник у другого добычу из окровавленного клюва не вырывал.

А что, далеко в будущее глядел великий реформатор, по крайней мере гипотетическую границу разделения колониальных владений нанести уже планировал и возможность пограничных конфликтов с европейскими хищниками предвидел. Величие в предвидении возможного. Насколько ничтожными по сравнению с ним выглядят императоры Николай I и Александр II, через сто с лишком лет подло продавшие не только русские владения и интересы, но и взгляды их, пусть и не кровного, но царствующего предшественника, благодаря реформам которого и они то появились на свет от пришедших вместе с реформами немок, да и царствовали не в шубах в Москве, а в блистательных дворцах Петербурга.

Рассмотрев пункты инструкции, думается будет к месту вспомнить о казаке Семёне Дежневе. Из инструкций Петра I геодезистам и Берингу однозначно следует, что он ничего не знал о плавании Дежнева и никаких письменных донесений последнего отродясь в Сибирском приказе не получали. Вот интересно получается, о всех открытиях, сделанных казаками в 17-м веке, было известно, а об открытии Семейки (Семёна) Дежнева нет. Но что самое интересное в данном случае, так это то, что даже слухов об открытии и плавании не существовало. Это самое невероятное! Ну Бог с ним, с письменным донесением, в конце концов оно могло затеряться, сгореть, его могли «увести» английские агенты Московской торговой компании, всё что угодно могло произойти, но, чтобы и слухов об этом не сохранилось, то вещь невозможная и на Руси доселе не слыханная! У нас слух и о более малозначительных событиях витает в народе веками, а тут всего то прошло 75 лет, а если учесть, что это якобы произошло в начале царствования Алексей Михайловича, отца Петра I, и всего то за три десятка лет до его рождения, то позвольте усомниться, что даже жестокая нервная травма, нанесённая семейными раздорами во время совместного с сестрёнкой и братцем царствования, и бунтом стрельцов, так напугавшем чувственного царственного отрока, могли напрочь отшибить у него память о слышанном открытии пути округ Чукотского носу. А ежели память всё-таки частично, по странному совпадению именно в месте хранения информации о казаке Дежневе, отшибло, то её уже в последствии, освежили бы учёные мужи, у которых душевной травмы и странной потери памяти не было. Ну, а коли не освежили, то получается, что и слыхом не слыхивал никто отродясь о казаке Дежневе и о его плавании, и слухи по Руси о его подвигах не витали.

Кстати, будет напомнить тем читателям, которые подзабыли или не знали откуда пошла гулять весть, что именно Семён Дежнев першим прошел через пролив отделяющий Азию от Америки. Во время уже Второй Камчатской экспедиции, кроме моряков и других служилых людей, были посланы в Сибирь, нет к сожалению не в ссылку, разные ученые, а как в то время своих, кондовых русских учёных якобы не было, то все поехавшие, как на подбор были иностранцы. Выражаясь современным языком, эдакая группа иностранных наблюдателей, только в отличии от современных наблюдателей, те ещё «ученые», были наделены исключительными правами на всестороннее изучение огромного края. Величайшей глупости и величайшего преступления перед государственными интересами просто невозможно представить! Ну откуда было взяться государственному уму и элементарному патриотизму у царствовавшей тогда Анны Иоанновны и окружавших её немецких и русских лицемеров и проходимцев.

Трудно даже представить объёмы ценнейшей информации стратегического и геополитического характера, которую получили в Европе после возвращения шпионов из Сибири. Ну а чтобы усыпить бдительность добродушных русских, хотя могли бы и не заморачиваться, так как русским было наплевать, что шпионы получили всю, ещё раз подчеркнём, всю информацию об огромной территории Сибири и всего государства российского, главный шпион Герхард Миллер сочинил басню о плавании Семейки Дежнева и даже подкрепил её неким документом, из которого следует, что плавание состоялось. Документ сохранился до нашего времени и в интернете можно найти его фрагмент, вот только понять из него, что состоялось плавание вокруг Чукотского носа нельзя, да и понятия такого тогда не могло существовать, если даже не знали имеется там пролив или нет, а если нет пролива, то какой же нос, в смысле мыс. Мне больше симпатизирует мнение сибирского историка Петра Андреевича Словцова (1767 – 1843 гг), который в своём великолепном произведении «История Сибири» анализирует возможность плавания Дежнева и делает следующий вывод: «…Мы не отвергаем возможности пройти водяную черту, не пройденную, однакож, ни Лаптевым ни Шалауровым, ни Биллингсом, ни Врангелем; но не видим ничего убедительного, чтобы без самообличения в народном самолюбии, осмелиться считать казака в Америко-Азийском проливе предтечею мореходца, которому морская история там завещала неоспоримое бессмертие имени».

Разумеется, нельзя отрицать, что до первого плавания Беринга, никто не прошел проливом, однако если бы это случилось и люди остались бы живы, то если не донесение, то слух о плавании дошел бы до ушей в Москве или гулял бы по Сибири, а ведь до сделанного Миллером «открытия» ни того не другого не было.

Необходимо очень критически относиться к запискам на подобии той, которая относится к Семену Дежневу, и вот по какой причине. У промышленников и казаков в их плаваниях и походах по Сибири не было инструментов для определения точного местоположения, а не зная географических координат объекта, можно легко спутать мысы, острова, реки и так далее, тем более, что точные описания или зарисовки этих объектов так же отсутствовали. Поэтому, какие географические объекты, указанные в записке Дежнева он имел в виду, выяснить невозможно. В данном случае даже не нужно ничего фальсифицировать, описание похода можно наложить на десятки похожих участков в различных уголках бескрайней Сибири.

Как памятник всем безвестным русским первопроходцам, гонимым нуждой, страхом опричнины, желанием разбогатеть, преодолевающим неимоверные трудности, погибающим от холода и голода, от стрел, копий и топоров туземцев, намечающим пути движения через бескрайние просторы идущим следом казакам и служилым людям, совершающим открытия и приучающим туземцев к русским людям, собирательный образ первопроходца и служилого казака, подходит для увековечивания в памяти потомков, вот только не стоит его отождествлять с конкретными открытиями и достижениями, доказать которые как мы видим невозможно или по крайней мере до сих пор не удалось даже историкам и исследователям, жившим на много ближе к тем далёким событиям.

Мы завершим данную статью тем, что по крайней мере для себя признаем, что на момент отправления Первой Камчатской экспедиции сведений о проливе не существовало и именно она должна была установить истину и развеять слухи. Вот о ней то мы и продолжим в следующей статье.


Автор капитан Валерий Николаевич Филимонов

4+